Павел ГЕРАСИМОВ, «Красная звезда».
Фото автора и Александра КОВАЛЕВА.Забайкальские
пограничники заставили-таки служить себе волков. Если точнее, их
по-научному именуют волчье-собачьими гибридами, а попросту –
волкособами. Внешний вид, сила, выносливость – все в них выдает вылитых
диких хищников. И теперь потенциальные нарушители китайской и
монгольской границы трепещут от одной только мысли о встрече с ними.
То, что клыки волкособов на порядок острее, чем у овчарки,
инструкторы разыскных собак ощутили на себе сразу. После каждой
тренировки на руках оставались ссадины, от сильного захвата не спасает
даже тренировочный костюм. Гибриды лидировали по выполнению нормативов
общего курса дрессировки, по сравнению с собаками у них более развит
интеллект, ведь жизнь в природе их родителей была значительно сложнее,
выжить в жестоком природном мире можно только за счет мощного чутья и
интеллекта.
При тестировании на ограниченном пространстве гибриды отыскивали
«нарушителя» за 15–20 секунд, в то время как собакам требовалось на это
3–4 минуты. И все потому, что собака хаотично мечется по территории,
тратя много времени на изучение местности. А волкособ, cделав круг по
периметру, определяет контрольные точки и мгновенно находит
спрятавшегося человека, наркотик и взрывчатые вещества.
Есть и другие ценные преимущества, у
наследованные от диких предков: неумение лаять и исключительный
нюх, в 5–6 раз превосходящий собачий. «Горячий след» волк-гибрид,
несясь в погоню с пограничником, берет по воздуху. Зачастую находит
след, считавшийся безвозвратно потерянным. Например, непременно
настигнет нарушителя границы, даже если тот прошел 12 часов назад и
пытался скрыться в населенном пункте. А от собак новое «живое оружие»
позаимствовало самое главное – любовь к людям, без нее стало бы
неуправляемым. Насколько сложно оказалось привить гибриду это качество,
расскажем чуть ниже.
Разведением волкособов в пограничном управлении ФСБ России по
Республике Бурятия и Читинской области занимаются уже несколько лет.
Алый – первый представитель этой династии, первый на всех границах
мира. Он племенное ядро, он и производитель. Теперь уже его щенки после
вязки с немецкой овчаркой отлично несут службу на заставах. Да и сам
папаша постоянно оттачивает мастерство на занятиях в питомнике
даурского погранотряда. Инструктор младший сержант контрактной службы
Николай Пожитнов доволен своим подшефным: он еще ни разу не подводил.
– Это наш резерв, бережем его для особых случаев, – говорит
кинолог. - Если собака на заставе с задачей не справляется, потеряла
след, мы с Алым в составе тревожной группы выезжаем на место…
– В преддверии зимы попробуем повязать нашу знаменитость с большой
красивой волчицей, которую таможенники перехватили у китайцев, – явно
рассчитывая на новое интересное потомство, делится своими планами
начальник службы кинологии и кавалерии пограничного управления ФСБ
капитан Руслан Абакаров.
Молодой офицер, выпускник кинологического факультета Пермского
военного института Внутренних войск МВД РФ, шесть лет тому назад прибыл
на границу со своим щенком, полуволком-полусобакой по кличке Алый. И
этим немало удивил тогда бывалых пограничников.
А еще чуть раньше, будучи курсантом, Абакаров, кроме самой учебы
под руководством кандидата биологических наук, профессора кафедры
кинологии Вячеслава Касимова, участвовал в экспериментально-научных
опытах по выведению волкособов. Животных, как мы уже убедились,
унаследовавших лучшие природные качества обоих родителей (речь идет о
«правильных» волкособах, потому что просто нарожать необычное потомство
не было проблемой для исследователей). Следует заметить, что этой
работой занимался не только уважаемый профессор со своими учениками, но
и многие другие ученые и энтузиасты. В Германии, в Кёльнском
университете, еще в 1970-х было получено 200 мощных животных-гибридов.
Однако среди них не было хотя бы одного, которым можно управлять.
Эксперимент признали бесперспективным. Правда, позднее в Голландии и
Чехии вывели породы собак со значительно меньшей долей волчьей крови –
около 10 процентов, но и они трудно шли на контакт с человеком.
У нас, в богатой волками стране, известны случаи, когда серые
разбойники в ближайшем лесу были не прочь «подгульнуть» с деревенской
Жучкой со всеми вытекающими последствиями. Что же касается
экспериментов, так это было уделом только сельских одиночек-любителей,
тщетно пытающихся образумить волчье потомство. Во всяком случае ни наша
кинология, ни соответствующая литература не зафиксировали ни одного
положительного результата этого воспитания. Наверное, все-таки не будет
лишним привести еще один любопытный пример безысходности подобных
опытов, хотя и немного из другой области – о гибридизации лайки с
шакалом. Шаколайки, несмотря на удачное их применение в столичных
аэропортах при поиске наркотиков и взрывчатых веществ, больше там не
используются: одно резкое движение человека или незнакомый предмет
вызывали у бедолаг такой приступ страха, что у них начинался понос.
Почему же эксперименты с научно-практической точки зрения
оказались утопией? Дело в том, что потомство собак и волков получалось
еще более осторожным, чем сам волк. Собачьи гены усиливали страх перед
всем новым у животных-гибридов. В итоге дрессировка и обучение
полуволков-полусобак становились невозможными: животные видели в
человеке только источник опасности, впадая в ступор при одном его
появлении. Полученный генетический материал был бесполезен для людей.
.jpg)
